rus/eng

Когда наступит конец света

Государственная премия «Инновация» за лучшее произведение визуального искусства досталась спектаклю — опере «Марево», поставленной дуэтом ПРОВМЫЗА в Нижегородском филиале ГЦСИ, в стенах кремлевского Арсенала.Прогрессивные критики не раз говорили о живучести современного театра, прекрасно чувствующего себя вне привычной сцены-коробки — в квартирах и на площадях, фабричных пространствах и гостиничных номерах. Опускаясь, к примеру, на недостроенный уровень башни «Федерация» театр приобретает черты аттракциона, экскурсии в сталкеровскую зону, — оставаясь и театром тоже, тем видом искусства, что только кажется старым и дряблым, на деле же способным проглотить, ну да, ну да, весь мир (и людей с коньками в придачу). Теперь у театрального могущества есть официальное подтверждение — в виде премии «Инновация». Она вручается за достижения в области contemporary art в нескольких номинациях — «Лучший кураторский проект», «Теория, критика, искусствознание», «Новая генерация»… А самая главная, аналогичная «оскаровской» «Лучший фильм года» — номинация «Произведение визуального искусства». Самый большой резонанс был у победителя 2011 года — проекта арт-группы «Война» «Хуй в плену у ФСБ», с живописным фаллосом на Литейном мосту. Тоже, кстати, была не лишенная театральности акция, вполне себе перформанс, пусть и без участия людей (то, что и такой театр возможен, иллюстрирует только что показанная на «Золотой маске» «Вещь Штифтера»). Решение этого года не менее радикально — «Инновация» вручена опере «Марево» (проигнорированной экспертами «Золотой маски» и вошедшей только в off-программу фестиваля).

2

Фотография: www.goldenmask.ru

Партитуру написали Марк Булошников и Кирилл Широков, и это действительно интересная современная опера, равно приближенная и к новозаветным откровениям Иоанна Богослова, и к голливудскому апокалиптическому хоррору; сочинение, полное болезненно-притягательных арий, размалывающих поэтический текст либретто Антона Шраменко в странные звуки: «Марево» — серия последних, сделанных уже за чертой признаний папы, мамы, сына, собаки, голубей, куста, уничтоженных разросшейся до вселенских масштабов автокатастрофой. Но на первом месте в этой затее имена не композиторов, музыкантов и исполнителей, но постановщиков — Галины Мызниковой и Сергея Проворова, дуэта ПРОВМЫЗА, художников, известных эзотерическими видеоработами (которые прекрасно смотрятся не только в музейных пространствах — «Воодушевление» участвовало в секции «Горизонты» Венецианского кинофестиваля, а новейшая «Вечность» — в секции CINEMAXXI кинофестиваля в Риме, рядом с новыми фильмами Питера Гринуэя и Пауля Верхувена). «Марево» — спектакль режиссеров-демиургов, подчиняющих себе всё пространство. ПРОВМЫЗА действует как тот самый Великий и Ужасный, тотальный, присваивающий себе весь мир Театр. В их постановке («большой постановке жизни после смерти», если перефразировать название старого сценария Миндадзе) нет видео, но есть мерцающий матовой поверхностью задник из стали — по сути, экран, на который осуществляется «живая проекция».

Фотография: www.goldenmask.ru

Уникальное «Марево», рожденное по инициативе Приволжского отделения ГЦСИ, — часть экспериментальной арт-политики директора музея Анны Гор. Цель — синтез искусств, и нынешний год в Арсенале Нижегородского Кремля начался с «Идеологического дефиле», придуманного Вадимом Захаровым по мотивам брехтовской «Ме-ти. Книги перемен». Захаров, кстати, будет автором российского павильона на ближайшей Венецианской биеннале — посмотрим, насколько инновационно он использует свежеприобретенный опыт театрального режиссёра.

Комментарии: