Ника Пархомовская о безвременно закрытых спектаклях

Вечер длинного дня. Еду в метро, никого не трогаю, листаю ленту. Вдруг вижу пост Ксении Перетрухиной: в следующие выходные последние показы в Москве нашего «Джека Потрошителя», что, конечно, очень жалко, но что поделаешь, приходите, кто не видел, и приводите друзей, в честь закрытия будем всем наливать шампанское. Сначала не верю своим глазам, потом думаю, что «Театр взаимных действий» когда-то уже закрывал «Музей инопланетного вторжения», после чего он благополучно прожил еще сезона полтора, не меньше. В надежде, что она меня разубедит, спрашиваю продюсера спектакля Сашу Мун, в чем дело, как помочь и т.д. и т.п. Саша честно отвечает, что «спектакль не продается, и каждый раз это экстрим». Выразив сочувствие, начинаю судорожно вспоминать, кто из моих еще не видел «Джека» и писать им в личку, чтоб обязательно купили билеты.

Параллельно размышляю, как могло случиться, что один из лучших московских спектаклей прошлого сезона закрывается, не прожив и года. Почему те, кто занимается театром профессионально, на него сходили (разумеется за бесплатно или по френдли-тикету), но не смогли убедить своих интересующихся театром друзей и знакомых, что это must see. Почему ироничное и в то же время серьезное высказывание о смерти и природе насилия, искусстве и фальши, подлинном и поддельном не нужно в современной Москве, хотя оно актуально и по содержанию, и по необыкновенной, местами иммерсивной, местами просто игровой форме. Почему у нас не работает сарафанное радио, нет доверия к прессе, в которой «Джека» вроде как хвалили, а количество лайков в фейсбуке совершенно не пропорционально уровню продаж. Или загвоздка в самой теме серийных убийц, про которых у нас до сих пор не принято говорить из-за какого почти суеверного страха?

А, может, дело в том, что зрителю проще пойти в обычный и понятный репертуарный театр, который он знает и любит, и где уже бывал? Там все стабильно и более или менее предсказуемо, а тут – полная неизвестность. Там популярные актеры и давным-давно зарекомендовавший себя бренд, а здесь какая-то странная горизонтальная структура без режиссера. Там буфет и выход в свет, тут театр с кулером и вешалкой без номерков. Там все поставлено на поток, налажены продажи и коммуникация с публикой, которая привыкла к такому постоянству и радуется ему, тут каждый раз риск и экстрим. Вот и получается, что малоформатные независимые постановки, если не продвигать их с удвоенной силой и не проводить громких рекламных кампаний (на которые часто просто не хватает бюджета и человеческих ресурсов), сходят со сцены куда быстрее – иногда, как в случае с «Джеком», через год после премьеры, а иногда и раньше.

Кстати, а какие еще спектакли вам кажутся закрытыми раньше времени? Что вы можете вспомнить такого, что нравилось вам, но так и не стало зрительским? Что оказалось невостребованно, хотя было ново и актуально? Расскажите нам о таких спектаклях, и мы обязательно напишем о них в ближайшем – «зрительском» – номере журнала.

Комментарии
Предыдущая статья
В МХТ прочтут «Сверчка на печи» Диккенса 20.01.2020
Следующая статья
Ксения Зорина выпускает импровизационный спектакль о детстве 20.01.2020
материалы по теме
Блиц
Алла Шендерова – о том, что объединяет “Большую глину №4”, “Первый хлеб” в “Современнике” и мастерскую “Достоевский рядом” в Театре Армии. И как с этим жить
Ажиотаж интереснее скульптуры, написал Григорий Ревзин в своем посте о скандале вокруг работы Урса Фишера. И я не буду с ним спорить. Случай «Большой глины» и два недавних театральных кейса (премьера «Современника» и Мастерская молодой режиссуры «Достоевский рядом» в Театре…
Блиц
Лев Додин к столетию Джорджо Стрелера
Сегодня исполняется 100 лет со дня рождения Джорджо Стрелера, одного из великих режиссеров XX века, создателя одного из великих театров XX века, Театра Пикколо ди Милано. Автора таких великих спектаклей, как «Кампьелло», «Вишневый cад», «Арлекин – cлуга двух господ», «Великая…
14.08.2021