Я/Мы Хармс

На фото - спектакль "Елизавета Бам" / Фото предоставлено пресс-службой театра "Сатирикон"

В «Сатириконе» сыграли премьеру «Елизаветы Бам» молодого режиссёра Гоши Мнацаканова. Получился театр тотального абсурда, верный не букве, но духу обэриутов.

Спектакль вырос из лаборатории «Дебюты», предоставившей сцену «Сатирикона» трём выпускникам Сергея Женовача в ГИТИСе. Из нее же чуть раньше в репертуаре появилась «Дама с собачкой» Александра Локтионова, впереди – «Двенадцатая ночь» Мурата Абулкатинова. Впрочем, Гоша Мнацаканов тоже выпустил свою версию чеховского рассказа – «Собаку с дамочкой», но не в «Сатириконе», а в «Школе драматического искусства». Но поскольку премьеру «Елизаветы Бам» из-за ремонта здания «Сатирикона» играли на сцене Центра имени Мейерхольда, который недавно слили как раз с ШДИ, разобраться, где какая собачка, дамочка и Елизавета, практически нереально… В общем, путаница получилась вполне в духе Хармса и… спектакля Мнацаканова, который делает абсурдную обэриутскую драматургию ещё абсурднее и безумнее.

Сюжет «Елизаветы Бам», впервые прозвучавшей на знаменитом вечере обэриутов «Три левых часа» в 1928 году, поначалу кажется злободневым: двое мужчин из органов приходят арестовать героиню ни за что ни про что, обвиняя её в каком-то преступлении. Но эта ситуация, оказавшаяся пророческой – Хармса арестуют дважды, в 1931 и 1941 году – становится поводом не для социальной драмы или даже сатиры, а для выворачивания мира наизнанку, полного разрушения логических связей и бегства от действительности.

Собственно, так же поступает режиссер Гоша Мнацаканов. Отталкиваясь от фабульной завязки, он ставит не текст, но саму его игровую структуру – салочки-пятнашки, обманки и парадоксы, фарсовые ситуации и удивительные поэтические прозрения. Спектакль сочинялся вместе с артистами, недавними студентами Константина Райкина, и невооруженным глазом заметна студийность, эскизность этой работы, грешащей избыточностью и длиннотами. Но создатели, судя по всему, прекрасно понимают все свои косяки и недостатки и заранее предъявляют их в остроумной интермедии в антракте, когда старичок-знаток, влезая на табуретку в фойе, начинает с умным видом разносить «эту затянутую бессмыслицу».

Интересно, что сценография спектакля (ее придумывал сам режиссёр совместно с актёром Антоном Кузнецовым) предельно реалистична и подробна: типичный обшарпанный питерский двор, зарешеченные окна, расписанные грязные стены, переполненный мусорный бак… Но в этом знакомом бытовом антураже обитают архетипические, литературные и кино-персонажи: интеллигентная старушка на лавочке, из бывших балетных, с пуантами на шее и слоями «штукатурки» на лице то и дело всуе поминает Сталина, мечтательные «милицанеры» с большими белыми крыльями, как ангелы Венички Ерофеева, показывают фокусы и рассуждают о сути вещей, а отец-генерал, очень похожий на Никиту Михалкова в белой бурке и усах, привозит в подарок дочке натурального, живого Маленького принца в кукольной коробке. А тот ведет за собой на поводке какое-то инопланетное чудище на ногах-ходулях, в котором с большим трудом опознается барашек. В общем, все смешалось в доме Ювачевых.

Первый акт построен как россыпь эпизодов, трюков и аттракционов, умножающих абсурдность происходящего в геометрической прогрессии. Но внутри этой свистопляски почти у каждого персонажа есть минута тишины, момент откровения, когда он говорит о чем-то очень для себя важном и значимом – говорит, как правило, в одиночестве, самому себе, или же адресат просто ничего не слышит, поскольку сидит в наушниках. Ну помните, как в «Кислороде» у Вырыпаева: «Он не слышал, когда говорили, не убей, потому что был в плеере».

Для пущего гротеска все мужские роли в спектакле исполняют (ужасно смешно и раскованно) актрисы: Полина Райкина, Ася Войтович, Софья Щербакова, Алина Доценко, а все женские – актёры: Ярослав Медведев играет Старуху, а Антон Кузнецов (самый старший и опытный из этой компании) – саму Елизавету Бам с розовыми волосами и в газовой белой юбке.

На фото – спектакль “Елизавета Бам” / Фото предоставлено пресс-службой театра “Сатирикон”

Во втором акте, куда помимо пьесы вошли и другие произведения Хармса, гендерное распределение приходит в норму и Антон Кузнецов становится уже самим писателем – и это почти пугающее по достоверности перевоплощение. Мы не знаем точно, каким был Хармс, но судя по фотографиям и описаниям – именно таким. Эксцентричный, болезненно нервный, с суетливыми, дерганными движениями, он производит неприятное, даже отталкивающее впечатление. Пытаясь понравиться девушке, он хочет почитать ей свои стихи, но поэзия обэриутов плохо располагает к романтике. Он «репетирует» это свидание снова и снова, с каждым разом все неудачнее. И потом так же, «на репите», будет повторяться на разные лады и сама сцена встречи. Но всякий раз она заканчивается – бах! – выстрелом и смертью Елизаветы, которая, впрочем, тут же вскакивает и заходит на новый круг – «давай попробуем еще раз».

Обэриуты часто заигрывали со смертью и карнавализировали её, пытались заглянуть за край – и тут же насмехались над открывшейся бездной. В спектакле есть и то, и другое: и литры клюквенной крови, и небо в алмазах. Во время сцены дуэли публику первых рядов прикрывают полиэтиленом, чтобы не забрызгать. А потом зал дружно вздрагивает, когда на сцену с колосников вдруг падают друг за другом тряпичные хармсовские «старухи». В финале же стены тесного двора-колодца распахиваются, и за ними открывается звездное небо, куда уходит крылатый теперь ангел-Хармс. Прием, конечно, чересчур пафосный и избитый, но после трех часов буффонады вполне допустимый – на контрасте.

Еще на «Собаке с дамочкой» многие рецензенты сравнивали постановку Мнацаканова с режиссерским стилем Дмитрия Крымова. В «Елизавете Бам» влияние этого мастера тоже чувствуется гораздо сильнее, чем собственно учителя режиссера Сергея Женовача. Он не иллюстрирует Хармса, не представляет на сцене литературу, а создает свой собственный театральный мир – яркий, избыточный, хаотичный, следуя не букве, но духу обэриутов.

Комментарии
Предыдущая статья
FULCRO завершит телеграм-проект читкой актуальных пьес в Тель-Авиве 17.07.2022
Следующая статья
Каликсто Биейто поставит в Вене оперу на музыку Малера 17.07.2022
материалы по теме
Новости
Портреты актёров «Сатирикона» появятся на «Выставочной»
28 декабря на станции метро «Выставочная» откроется выставка фотопортретов артистов «Зеркало», автором которой стал фотограф Дмитрий Исхаков.
Новости
«Сатирикон» объявил планы на сезон 2022-2023
Сегодня, 2 сентября, в московском «Сатириконе» прошёл сбор труппы. На нём были объявлены планы театра на новый, 84-й, сезон. Среди будущих постановок — спектакли Константина Райкина и Нади Кубайлат.