Сегодня и завтра, 24 и 25 января, на основной сцене «Современника» сыграют премьеру спектакля «Папа» по пьесе Флориана Зеллера.
Это третий опыт сотрудничества «Современника» с Евгением Арье: в начале 2010-х режиссёр поставил в театре спектакль «Враги. История любви» по одноимённому роману Исаака Башевиса Зингера, а затем «Скрытую перспективу» по пьесе Дональда Маргулиса, причём «Враги…»,отмеченные «Золотой Маской» за лучшую режиссуру, по сей день остаются востребованным репертуарным спектаклем театра.
В спектакле «Папа» реальность раскалывается на отдельные сцены, каждая из которых продолжает другую или противоречит ей, но в целом все они собираются в противоречивую комбинацию «осколков», предстающих взору главного героя — старика Андрэ. Примечательно, что болезнь героя (вероятнее всего, у Андрэ болезнь Альцгеймера) для создателей «современниковского» спектакля отходит на второй план: как режиссёр, так и исполнители главных ролей — Сергей Гармаш и Виктория Толстоганова — настаивают на том, что спектакль рассказывает об уходе из жизни и о том, с чем это сопряжено для самого человека и для его близких.
«Довольно долго длились наши переговоры с Галиной Борисовной [Волчек] — рассказывает Евгений Арье, — это вообще была её инициатива, причём настоятельная, по поводу моего приезда на постановку спектакля, что довольно непросто было сделать, поскольку у меня за плечами собственный театр [основанный Арье «Гешер» в Тель-Авиве]. И по поводу материала Галина Борисовна сказала, что «готова пойти на всё», что я предложу. В Израиле я поставил пьесу того же автора, которая называется «Мама» (у него вообще есть трилогия — «Папа», «Мама», «Сын», а теперь и четвёртая пьеса написана)… Мне хотелось поставить спектакль в «Современнике» в связи с Галиной Борисовной — и, когда она нас покинула в середине репетиций, я даже не знал, как буду продолжать, потому что я ставил для неё…
В пьесе «Папа» мне нравится всё — диалоги, очень необычная структура… и мне хотелось так её преподнести, чтобы это было адекватно ситуациям внутри текста. И мне нравится, когда мы говорим не вообще о гуманизме или масштабно о человечестве, а об очень конкретных человеческих проблемах, которые касаются или коснутся всех нас. Может быть, я просто уже немолодой человек, сентиментальный, но, мне кажется, тема нашего ухода из этой жизни сегодня стала чрезвычайно важной, потому что мы живём дольше и наш уход — не всегда простой и лёгкий. Мне очень понравилось, что пьеса — не о каких-то глобальных, конкретных или общих, философских идеях, а абсолютно человеческая, о как бы простых человеческих проблемах. Проблемах, от которых страдает и тот человек, который находится в таком состоянии плавного перехода, и те люди, которые его окружают, родные и близкие.
Пьеса написана в определённой форме, единственное объяснение которой — что она написана как бы через главного героя, у которого мир двоится, который всё время попадает в ситуации для себя совершенно неожиданные… Вот лодочник на реке Стикс перевозит нас на другую сторону бытия — и мне казалось, что и этот человек переплывает, потом выныривает, как-то адаптируется, потом снова выныривает — и уже не узнаёт ту действительность, которая его окружает. И мне казалось, что есть связь с Бланш Дюбуа из «Трамвая „Желание“» — у пьесы есть эпиграф как раз из Теннесси Уильямса, о человеке, который оказывается в ситуации, когда не он уже наблюдает за домами, а дома наблюдают за ним.
Мы же привыкли к определённому анализу, когда у нас что-то возникает, определено направление действия, которое длится и длится… И очень трудно от этого отказаться — а нужно, потому что у главного героя всё происходит совсем не так, у него мгновенно сменяются реальности, — и непросто найти способ существования в таком материале, способ психологической жизни такого человека. Никто из нас не побывал ещё в этом состоянии, к счастью, — и в этом была своя сложность».
Над визуальным образом минималистичного и одновременно иррационального пространства совместно с режиссёром работали художник Николай Симонов, художник по свету Иван Виноградов и художник по костюмам Мария Данилова. В спектакле заняты Сергей Гармаш (Андрэ), Виктория Толстоганова и штатная актриса «Современника» Мария Аниканова (дочь Андрэ Анна), Дарья Белоусова, Сергей Гирин, Янина Романова и Олег Феоктистов.
Напомним, эта пьеса современного французского драматурга и прозаика Зеллера принесла своему автору премию «Мольер» и была переведена на многие языки, а в России впервые поставлена Анной Бабановой в Норильском Заполярном театре драмы (спектакль уже успел побывать на гастролях в Москве).