Звезда театра Ленком, исполнитель главных ролей в легендарных спектаклях «Юнона и Авось» и «Королевские игры» — Семён Шкаликов недавно в очередной раз поразил искушенную столичную театральную публику в драме «Посторонний» по Альберу Камю. Спектакль был впервые сыгран в Центре Community, а затем перекочевал в Пространство «Внутри».
Эта повесть Камю традиционно считается одной из самых «неподъемных» для сценического воплощения. Режиссер спектакля Дарья Макарова и художник Анастасия Сэмбон задумали серьезный разговор об одиноком человеке, привыкшем смотреть внутрь самого себя, воспринимающем окружающий мир как враждебную опасную сущность.
«Я может быть, не всегда уверен в том, что именно меня интересует, но совершенно уверен в том, что не представляет для меня никакого интереса»… Повествование ведется от первого лица, и на протяжении всего спектакля герой по имени Мерсо – актер Семён Шкаликов, как бы скрывающий свои истинные эмоции, а, возможно, не подозревающий вообще об их наличии, своим проникновенным, редкостным по тембру голосом ведет зрителя вглубь непростой истории.
На фото – Семён Шкаликов в спектакле «Посторонний» © Пространство «Внутри»
На камерной сцене – минимум декораций: грубо сколоченный стол-гроб, стул, пишущая машинка, сценические маски. Рядом с главным героем – некто «Сопровождающий», вступающий в безмолвный, но яркий изобразительный диалог. Кто это — остается неясным до самого финала спектакля, что создает дополнительную интригу, наряду с психологически тонко закрученным сюжетом.
Поклонники Шкаликова, привычно ожидая громкого всплеска эмоций и сложных пластических решений, были немало удивлены кажущейся скупостью актерских средств, которыми достигается потрясающий результат. Одинокий человек, внезапно попытавшийся открыть свою душу миру, убеждается в том, что мир такой же, как и он – безразличен к человеку.
Спектакль жестко вскрывает тему свободы и одиночества, но в конечном итоге дарит зрителю успокоение. Перед самым уходом из этого мира герою как прощальный дар судьбы дается испытать высшее из человеческих чувств, ощутить подлинное тепло и нежность — прорваться к другому человеку, что воспринимается как подлинное чудо.