Петербургский театр современного танца «Каннон Данс» отмечает в этом сезоне 25 лет работы. К юбилею приурочили гала-концерт — и показали сегодняшнее лицо компании.
Современному танцу в России порядка 30 лет. Не все компании, с которых движение начиналось, существовали долго и тем более остались на плаву сегодня. Петербургский «Каннон Данс» — один из счастливчиков. Дело началось с желания Вадима и Натальи Каспаровых — будущих директора и художественного руководителя — привезти в 1997 году в Петербург мастер-класс Фила ЛаДука, педагога бродвейского и фанки-джаза. «Каннон» стартовал как место для образования, постепенно оброс собственными спектаклями и постановщиками, позже к этому добавились несколько фестивалей. Самый крупный, OPEN LOOK, занимал значительное место и как смотр современного танца со всего мира, и как место встречи российских команд. Если суммировать то, что делал и делает «Каннон», получится создание среды.
К юбилею компания подошла в новом статусе. С недавних пор она стала частью «Петербург концерта». Гала-концерт в петербургском Екатерининском собрании можно увидеть и как подведение итогов, и как демонстрацию, что Каспаровы и команда делают сегодня.
Длинное для современного танца трехчасовое полотно собрали из недавних постановок. Лучшее — не историческое, а современное, отвечающее на вопрос «что такое “Каннон Данс” сегодня». В первую очередь — семейное дело. Здесь и атмосфера вечера, конферанс директора театра Вадима Каспарова, больше похожий на разговор в большом дружеском кругу, чем на парадные объявления очередного номера, и рассказы, с чего все пошло, какие внутри компании отношения, и благодарности. В «Каннон» многие приходили юными, начинали как ученицы и ученики, постом вырастая в танцовщиков и хореографов, — из-за чего складывается ощущение большого сообщества, места, где люди почти живут. Если же говорить о репертуаре, то «Каннон» компания, безусловно, местная, делающая ставку на собственные силы, но и в то же время открытая миру. В 2022-м, когда большинство российских театров лишились возможности приглашать людей из-за рубежа, у труппы вышли две премьеры хореографов из Северной Македонии. Но вечер открывают не они, а Валерия Каспарова, и численный перевес остается на стороне постоянных резидентов и учеников.
На фото – спектакль «Ehad» / ©Danilina Nina
Если поделить программу гала на блоки, получатся три части: постановки-высказывания, спектакли гостей, обтанцовывание песен. Первая группа — наиболее интересная. В нее можно зачислить вещи разного «веса» — от «Черного сада» Каспаровой с его лонг-листом «Золотой Маски» до «Ehad», дуэта, который Елизавета Ротачева поставила во время учебы в «Канноне». В вечере они перемешивались с номерами приглашенных постановщиков, и от этого образовалась любопытная рифма. Если обращать внимание на качество работы, а не на имя, с первой попытки сложно угадать, кто местный, кто «варяг». «Черный сад» — размышление о детях во время конфликта в Нагорном Карабахе, внешне легкое и воздушное, тем не менее, наполненное образами боли и поиска надежды — притянутые к полу тела, кривящиеся или взлетающие вверх в мольбе руки, хоровод как устойчивый мотив. «Что вы думаете о голубях» Елены Чуриловой — танцевальный стендап, в котором заявленная мысль, голуби как метафора, постоянно меняется, приобретает причудливые и неожиданные формы («Голуби — летающие крысы, хотя заразу переносят все птицы. Если подумать, то хорошо, что они умирают»), а пластический рисунок вплетен в монолог и работает как система лейтмотивов, повторяющихся и трансформирующихся. Наконец, «Ehad» Ротачевой — дуэт, в котором две девушки скользят рядом, притягиваются, синхронно двигаются, чтобы разойтись и распасться — метафора постоянной изменчивости отношений. Все внутренние задачи этих номеров решены хореографически, это внятные пластические беседы «о разном». И в этом смысле постановки резиденток «Каннона» выигрывают у остальных. Это не чистый метод, не идея сама по себе, а сплав концепции и хореографических средств.
Рядом с ними вещи македонских постановщиков, Иваны Балабановой и Игора Кирова, смотрятся как уместные, но декоративные дополнения. Из хороших новостей — резидентки «Каннона» не уступают европейским коллегам технически. Язык их отрывков (большинство спектаклей показали в виде отдельных сцен) едва ли отличается, что создает ощущение скорее единого (пока еще) пространства современного танца, где есть разные цели, разные техники, разные способы донести мысль и нет градации по странам и паспортам. В остальном — «Вкл/Выкл» Балабановой и «Куб невыразимый» Кирова устроены как абстрактные сочинения, в которых композиция и техника превалируют над идеей или драматургией.
Последняя же группа номеров, танцы на песни, кренятся в сторону передачи истории. Делают это по-разному. В «Звезде» Виктор Ван и Ольга Огородникова скорее наращивают сюжет сверху, исходят из того, что могло бы случиться в годы, когда появился одноименный трек Виктора Цоя. Получается обаятельная зарисовка о паре спортивных гопарей, которой музыка скорее вредит — пластический этюд вышел более энергичным, резвым, чем уже покрытая легким слоем патины песня. Финал вечера, отрывок из «Спектакля номер один» Валерии Каспаровой и Ольги Бараньяи на попурри из «The Beatles», сделан как серия микро-этюдов. Хореография не иллюстрирует текст — что радует, не впитывает эпоху и вполне самостоятельна. Однако то, что работает с просто-песнями, в соседстве с хитами вроде «Let It Be» немного теряется, становится украшением самодостаточной музыки, — и гала завершается гимном «The Beatles», а не театру.
Однако это — лишь черточка. Концерт «Каннон Данс» сделали как непарадный, камерный автопортрет: раскрывающий разные грани, которые могут кому-то нравиться, кому-то нет. Главное — показать целое и увидеть его объемно.