В воронежском Центре культуры и искусства «Прогресс» вышел спектакль Михаила Бычкова «Глитч», одна из трех новелл которого уже успела получить гран-при в Перми, на ХII-м фестивале «Монофест». Ирина Кузьмина съездила в Воронеж и рассказывает о спектакле в целом.
Согласно Хорхе Луису Борхесу, назвавшему четыре главных литературных сюжета (остальные лишь вариации), один из них звучит так: долгое и сложное путешествие в поисках цели. Если принять за цель – поиски счастья (любимый сказочный паттерн), то каждому, кто упрямо продолжает его искать, предстоит отъездить в этой «автошколе» тысячи и миллионы часов – без навигатора и без инструктора.
Три новеллы о поисках счастья в пьесе «Глитч» молодого драматурга Раисы Ждан рассказывают о людях, существующих внутри сегодняшней дихотомии. Определим ее так: когда ты хакнул жизнь, это «лайфхак», когда она тебя – «лайффак». Именно так остроумно замечает один из героев.
Михаил Бычков поставил спектакль по этой пьесе в Центре культуры и искусства «Прогресс» (Воронеж), предельно чутко вскрывая авторский текст и авторские темы. Его режиссерский интерес никогда не абстрактен, ему присуще внимание к человеку, исследование психологии человека, в данном случае – человека внутри новой дихотомии.
За «Глитч» Бычкову смело можно выдать дипломы антрополога и психолога. «Скромный американец», герой Камиля Тукаева из первой новеллы, постоянно живет в безуспешной попытке изменить свою судьбу. Его монолог одинокого соискателя счастья из провинциального российского города, где жизнь давно остановилась, это полный горькой иронии рассказ о несбыточной мечте. Она далеко-далеко, за морями-океанами, она там, куда не ходят поезда, в далеком штате Мичиган. Там мичиганцы мочат ножки в озере Мичиган. Там светит солнце. А в водах озера Мичиган плещется форель. Только выиграть в лотерею грин-карт все никак не удается. Камиль Тукаев, надо сказать, умеет излагать сценическую историю так, что она, через его героя, всегда становится видимой. Он обладает предельной убедительностью и правдоподобием, не используя при этом актерских приспособлений (Михаил Бычков научил его не прятаться за них), способен обживать любой текст: от классического до самого современного. Роль, похоже, специально писалась для него, поэтому так мощно звучит голос этого маленького человека с большой мечтой стать скромным американцем. Собственно, эта новелла в исполнении Тукаева и получила гран-при в Перми.
Вторая новелла «В начале была Деталь» – диалог молодых людей («он» и «она», в пьесе «я» и «ты»), мчащихся в авто, без всякого понимания, куда они, собственно, едут. Цель путешествия – дорога, стоять на месте невозможно, стоять на месте страшно. Они не видят будущего, они не хотят взрослеть, они чувствуют, что им нигде нет места. Впереди дорога без цели, «конца нет, значит – и начала тоже». «Он» и «Она» (молодые актеры Константин Гунькин и Анастасия Павлюкова) говорят о том, что мир сломался, он состоит из осколков, из частей, из деталей, «какая-то деталь неисправна, надо ее найти, надо ее починить». Этот, полный отчаяния диалог, попадая в зал, сливается с общим чувством: мир больше не на нашем радаре, он давно с него слетел.
Третья новелла, «Последний шанс», близка жанру ромком. Ее герои – немолодая пара, которая пришла на свидание в ресторан Neverland в стране Neverland. «Он» — любитель собак (очень выразительный Юрий Овчинников), «Она» – кошек (замечательная актерская работа Натальи Шевченко). Неразрешимый конфликт интересов. Он ей про Хатико, Белого Бима, Му-му, Комиссара Рекса, дог-шоу «Я и моя собака», а она с упреком называет его мартовским котом. Забавный, неловкий флирт. Вполне бытовая история с элементами фарса неожиданно обернется драмой тотального одиночества. Не важно, ты одинок как «скромный американец» со своей недостижимой мечтой, или вдвоем; в дороге без начала, конца и цели или в ресторане Neverland в стране Neverland на свидании, которое зовется «последний шанс».
Центром каждой новеллы для Михаила Бычкова является прежде всего актер, он делает его главным нарратором сценического повествования, не заслоняя набором постановочных трюков. В спектакле минимальная, как всегда, продуманная сценография и световая партитура (художник – Михаил Бычков, видеохудожник – Алексей Бычков). Ценность художественного высказывания спектакля – в подробной, тонкой режиссерской работе с текстом и актерами, в совместном выстраивании единого пространства смысла и чувства. Они становятся особенно различимы, когда в финале пьесы три истории неожиданно складываются в единый сюжет (удачный прием драматурга). Официантом в ресторане Neverland оказывается «скромный американец», он добрался в свою счастливую land, а в лотерее, разыгрываемой в честь дня рождения ресторана, побеждает столик №13, за которым сидит молодая пара. Они заглянули сюда по дороге в свое никуда, и в качестве выигрыша получили билет в Эльдорадо – мифическую богатую южноамериканскую страну. Детали судеб и историй героев спектакля соединились. Их мечта – земля, которой нет; место, которого нет; страна, которой нет и не будет.