Александр Вислов: «Общее количество спектаклей провинции перекрыло суммарное количество номинантов из Москвы и Петербурга»

Председатель экспертного совета «Золотой маски» в драматическом театре и театре кукол Александр Вислов рассказал журналу «Театр.» о своих впечатлениях от насыщенной годовой работы Совета, итогах этой работы — и о том, чем уникален список номинантов этого года:

«Во-первых, мне очень радостно, что у нас такое количество спектаклей в этом году: мы предлагаем жюри драматического театра посмотреть 50 спектаклей. Это, конечно, многовато — я сам работал в жюри и знаю, насколько это непросто, особенно для практиков театра, — но, с другой стороны, мне кажется, жюри проведёт очень яркие месяцы — разнообразные, что самое интересное.
Во-вторых, мы в этом году перекрыли рекорд — в драме в последние годы число номинантов неуклонно повышалось, было 28 спектаклей, в этом на один больше, 29. При этом — и это не специально получилось, посчитали потом уже, — впервые общее количество спектаклей России, провинции перекрыло суммарное количество номинантов из Москвы и Петербурга: 16 российских спектаклей и 13 — Москва и Питер (на обеих сценах — на большой и малой).
Впервые, насколько я помню, такое количество национальных театров — у нас три спектакля национальных театров в большой форме (Театр Камала, Театр Гафури, Саха театр) и плюс к этому, хоть спектакль на русском языке, но тоже один из ведущих наших национальных театров — Коми-Пермяцкий драматический театр имени Горького: известный, знаменитый, прославленный театр, но доселе ни разу не номинировавшийся.
По поводу режиссуры — мы видим, что стремительно входит в список номинантов большое количество новых режиссёров. Впервые попадающих в орбиту «Золотой маски» вообще: совсем молодые Айдар Заббаров, Данил Чащин, Александра Толстошева — это люди, которым нет ещё тридцати лет. А также большая группа режиссёров, которые попадали раньше в разные программы, в «Маску Плюс», в номинацию «Эксперимент», но в режиссёрскую номинацию не попадали — я имею в виду Веру Попову, Юрия Муравицкого и Олега Липовецкого. Некоторые изменения среднестатистической картины ещё и в том, что, так случилось, у нас «старейшими» режиссёрами стали Сергей Женовач и Евгений Марчелли. Это не значит, конечно, что мы списываем со счетов представителей старшего поколения, мастеров советского ещё театра, тех людей, которые застали семидесятые-восьмидесятые, — конечно, я уверен, что они ещё скажут своё слово, но вот в этом году случилось так.
По поводу актёрской номинации большая гордость моя лично. Мне всегда казалось, что есть некая несправедливость: «Лучшая роль второго плана» по количеству людей всегда уступала «Главной роли». Всегда было так: от пяти до десяти — главная мужская и женская роль, и гораздо меньшее количество людей в номинации второго плана. Я настоятельно просил, чтобы обращали внимание на артистов, исполняющих роли второго плана, потому что наша великая, большая театральная держава, как мы знаем, чрезвычайно богата на актёрские дарования, и в любом спектакле, порой даже в самом неказистом, не претендующем ни на какую «Маску», мы всегда видим одну-две замечательные актёрские работы. И здорово, что у нас сегодня так много артистов из разных-разных городов и разных поколений. Конечно, самое прекрасное для меня — это номинация Майи Сергеевны Ивашкевич, актрисы, которая начинала в Камерном театре у Таирова и пять лет проработала именно там — живая связующая нить, связывающая нас с тем великим периодом истории отечественной сцены. А рядом с Майей Сергеевной в той же самой номинации — совсем молодые актрисы, которые, я посчитал, моложе её на 65 лет.
Очень, по-моему, любопытная номинация, связанная с художниками — и художниками-постановщиками, и художниками по костюмам, и художниками по свету. Но сейчас очевидно уже, что не хватает номинации «видеохудожник»: мы знаем, какое большое значение в современном театре имеет его работа; может быть, не хватает номинации «хореограф в драматическом театре», потому что, опять же, во многих современных спектаклях хореография — это одна из главных, «несущих конструкций». Хотя понятно, что расширять список номинаций можно бесконечно. Сегодняшняя ситуация в театре этого настоятельно требует.
Слава Богу, несколько лет назад ввели номинацию «работа драматурга» — это, по-моему, увеличило интерес театров к современной пьесе. В этом году это не так видно по нашему списку (есть несколько требований, которые, к сожалению, не все театры прошли — например, это должна быть российская премьера пьесы), но важно, что есть такая номинация, и театры продолжают искать, открывать и становиться первопроходцами в работе с новым драматургическим материалом. Очень важно, что так не только в драме: драматург в театре кукол сегодня тоже может быть — пьеса «Мойры Петроградского района» написана Константином Фёдоровым специально для Московского областного театра кукол, и эта работа заняла своё место среди драматургов-авторов пьес для драматического театра.
Вообще куклы в этом году — свидетельство о том, что театр кукол в России на явном подъёме. Если не ошибаюсь, это уже шестой мой Совет, и были времена, когда мы с трудом находили, натягивали, что называется, на три-четыре названия из большой России. Сейчас их десять — и этими десятью не ограничивается количество прекрасных спектаклей в театре кукол, которые мы увидели в этом году. Там, конечно, есть безусловный лидер — Яна Тумина, поставившая три спектакля в разных театрах в Петербурге и в Улан-Удэ, но есть и целый ряд других замечательных спектаклей — самое главное, разнообразных. И ещё очень важно то, что театр кукол наконец-то в полной мере оторвался от такого «классического кукольного репертуара» и начал придумывать спектакли, что называется, «от режиссёра»: мастера придумывают спектакли — уникальные. То, чем занимается Яна Тумина, или, скажем, екатеринбургский спектакль «Дон Кихот» — это пример того, как режиссёр и художник приходят в театр и придумывают совместно свой уникальный «продукт».
И, конечно, «Эксперимент» — опять-таки беспрецедентный. Одиннадцать спектаклей, очень разных. Конечно, споры о том, что должно проходить — мы в этом году несколько раз собирались совместно, это тоже впервые в истории, когда два Совета заседали не отдельно, — и пытались решить, что есть эксперимент. Это мультижанровое только? И как нам быть с теми спектаклями, которые действительно разрушают все конвенции? Естественно, мы не пришли ни к какому мнению, а в нашем списке есть как те, так и другие. В дальнейшем, может быть, стоит развести эти два направления — то есть наравне с мультижанровыми спектаклями должны идти спектакли, которые просто не укладываются ни в какие рамки. Тем не менее, среди наших номинантов есть много всего самого разного: и инклюзивный театр, и иммерсивный театр, и замечательный спектакль — хотя долго спорили: вообще это спектакль, нет? (но так было не с ним одним) — «Проекта „Квартира“» Бориса Павловича, где сочетание уникального инклюзивного, иммерсивного с Бог знает чем… И — появление в этой номинации проекта «Электротеатра» «Орфические игры». Оно, конечно, немного пугает в том смысле, что я представляю, как это всё будет смотреть жюри, как оно это всё сможет объять: на самом деле получается, что спектаклей не пятьдесят, а пятьдесят семь, потому что «Орфические игры» состоят из восьми спектаклей… Но тем интереснее. Тем любопытнее — и тем более широкая возможность выбора будет у жюри, которому мы с трепетом и надеждой вручаем в руки плоды нашей годовой работы».

Комментарии
Предыдущая статья
Чеховский фестиваль объявил основную программу 01.11.2018
Следующая статья
Петербургский театр «ЦЕХЪ» обрел новый дом 01.11.2018
материалы по теме
Новости
«Золотая Маска» проведет программу развития театрального искусства на Дальнем Востоке
С 26 августа по 15 сентября в Хабаровске и Комсомольске-на-Амуре фестиваль «Золотая Маска» проведет серию мастер-классов, семинаров и лекций для актеров и специалистов звукового и светового цехов, а также привезет спектакли-номинанты премии из Москвы, Санкт-Петербурга и Перми.