Уличный театр в Архангельске: границы и пересечения

на фото - уличный спектакль "Космо" ©Екатерина Чащина /пресс-служба Международного фестиваля уличных театров в Архангельске

Этим летом в Архангельске в 27 раз прошел Международный фестиваль уличных театров. Из-за пандемии иностранных участников не было, зато фестиваль не просто состоялся, но смог расширить программу и провести дискуссию.

Границы жанра

Впервые за три десятка лет к театральной афише добавился утренний деловой блок — PRO программа. Ее придумал организатор фестиваля – Архангельский молодежный театр – совместно с Российским союзом уличных театров.

В деловой программе искали границы жанра и определение уличного театра, представляли в форме питчинга новые идеи, продюсеры общались с театрами на спид-дейтинге, где в серии коротких разговоров нужно было рассказать друг другу о своих проектах. Прошли мастер-классы и семинары: театры делились опытом взаимодействия с РАО, учились ходить на ходулях и планировать гастроли в Европе; рассказывали о новых материалах для изготовления костюмов и их подсветке.

Российский уличный театр до последнего времени не имел сплоченного сообщества. Возможно, поэтому он слабо представлен в большом театральном сообществе страны. Но с 2018 года существует Союз уличных театров России (РСУТиА), озаботившийся как легитимизацией жанра, так и созданием базы, организацией профессиональных встреч и лабораторий. Деловую программу в Архангельске, на старейшем уличном фестивале России, вели представители РСУТиА Сергей Корсаков («Картония») и Олег Скотников («Странствующие куклы господина Пэжо»).
………
Одной из самых важных оказалась дискуссия о границах жанра. Задача была поставлена утопическая — получить в результате документ с определением уличного театра и перечислением жанров. Разговор позволил увидеть, на чем строят самоидентификацию российские уличные театры и как разнообразно даже их собственное представление о сфере.

Интересно, что началась дискуссия с обсуждения отличий уличного театра от развлекательного ивента (этот вопрос волнует Сергея Корсакова), а пришла к жанру сайт-специфик, в котором город, как точно определил это Дмитрий Максименков из «Эскизов в пространстве», заказывает не “раскрашивание улиц”, а исследование. Театр в этом случае может объяснять горожанам, где они живут, или, наоборот, через взаимодействие с людьми выяснить, чего им не хватает в повседневной жизни. И с этой стороны уличный театр приходит в ту же точку, что и драматический, смыкается с ним на поле новых жанров.

Мария Литвинова (театр «Трикстер») выделяет два подвида уличного театра по взаимодействию с пространством: в одном случае место играет содержательно большую роль, во втором спектакль может быть сыгран, где угодно. Как одно из свойств уличного жанра на дискуссии выделили мобильность, а также контакт со зрителем и вовлечение случайного прохожего в любой момент представления.
Исследователь Елена Гордиенко опирается на французское определение уличного театра, где он обозначен как любая форма представления в публичном пространстве: «Французы сразу определили себя не как жанр, а как мультидисциплинарный сектор. Почему это важно — потому что именно в уличном театре компания часто начинает с одного жанра, потом переходит в другой. И в Европе сейчас все чаще говорят «искусство в публичном пространстве» вместо «уличного театра»».

На фото – выступление Марии Литвиновой ©Варвара Морозова / пресс-служба Международного фестиваля уличных театров в Архангельске

Для Гульназ Ханновой (театр «Легкие крылья», Альметьевск) уличный театр всегда связан с пластикой. Андрей Слюсаренко (театральное агентство «Культ культуры курорта», Геленджик) считает, что только интерактивность отличает уличный жанр от прочих. Мария Плаксина (театр «СоЛу», Санкт-Петербург) назвала важным качеством минимизацию художественно-выразительных средств: «Этими минимальными средствами я должна создать такую атмосферу, которая заставит зрителя включиться. Поэтому особую роль играет работа с актером».

Вопрос определения границ российского уличного театра остается в дискуссионном поле. При этом в Архангельске прозвучала и еще одна важная мысль: любое определение нужно формулировать так, чтобы его нельзя было использовать против авторов. Например, можно написать, что зарабатывание денег не является главной целью театра (и вообще отличает творческие от сугубо коммерческих проектов), но легко представить, какими проблемами может обернуться этот тезис. Тем более, что документ, который планируют подготовить, нужен в том числе и для разговора с чиновниками.

За границами жанра, или Искусство в публичном пространстсве

В театральной программе архангельского фестиваля можно было наблюдать все перечисленные свойства и даже больше — уличный театр здесь понимают максимально широко. Не боятся и переносов из смежных жанров. Так, «Квадрат» Дмитрия Крестьянкина («Плохой театр», Санкт-Петербург) впервые игрался на открытом воздухе – в скейт-парке Дома молодежи – но как будто шел там всегда. Спектакль с подзаголовком «Сторителлинг, который мы заслужили» назван как дворовая игра с мячом и поставлен по воспоминаниям режиссера о жизни в Туле 1990-х годов. Ключевые для школьников тех лет понятия (от приставки Dendy до фишек и вкладышей), фон существования – недавняя Чеченская война, наркоманы и уличные драки – постепенно оформляются в истории четырех друзей. Персонажи взрослеют, страна меняет курс, и вот уже мы вместе с ними в каком-то безвременье: и снова игра в «Квадрат», и новые мальчишки в старых куртках – в том же дворе.

Наверное, один минус в этом показе все же можно найти — спектакль затянут из-за желания дорассказать все истории, и на улице эта затянутость заметнее. В остальном было ощущение, что «Квадрат» идет на той самой спортплощадке, на которой играли когда-то в мяч прототипы персонажей.

Требует максимально открытого пространства и «уличной» коммуникации и «Двенадцатая ночь» Никитинского театра (Воронеж), поставленная Юрием Муравицким в традициях площадного театра и сразу предназначенная и для сцены, и для улицы. В Архангельске из-за похолодания пришлось перенести показы с пляжа во Дворец спорта, где сделали небольшую площадку с песком. «Двенадцатая ночь» – спектакль очень живой и во многом зависящий от контакта с публикой. На нашем показе в первом акте его не хватало, зато второй прошел в полном единении зрителей и актеров.

Основной театральный аттракцион здесь заключается в том, что артисты не знают заранее, кого сегодня будут играть. И даже после жеребьевки первого акта еще не догадываются, кем окажутся во втором. Это рождает настоящую стихию игры, в которой нет никакой гендерной предопределенности в распределении ролей. В которой можно забывать текст — но нужно знать наизусть всю пьесу, можно по рассеянности выйти на песок в толстых носках (во дворце спорта тоже не жарко) – но так вернуться их снимать, чтобы от смеха покатился весь зал. «А сейчас будет сцена, где Шут и Фабиан встретятся» – по жребию обоих играл Борис Алексеев, так что и из этого положения пришлось искать выход. Наверное, хорошо подготовленную импровизацию можно считать одной из главных черт, объединяющих «Двенадцатую ночь» с уличным театром.

Были в программе и уличные театры в более привычном для этого жанра формате. Московский театр «Микос» представил клоунаду с цирковыми трюками («Авиаторы»). Театр «АспектР» (Санкт-Петербург) захватывал город с помощью серебристых инопланетян, особенно активно взаимодействовавших с детьми (спектакль “Космо”). Самарский «Пластилиновый дождь», работающий на ходулях, показал смешной и сентиментальный спектакль «Из жизни аистов». В программе нашлось место и для «Семейной пекарни» московского «Театра вкуса», разместившейся в Музейном дворике. В Музее деревянного зодчества «Малые Корелы» можно было уединиться с аудиоспектаклем «Мы выйдем с тобой погулять в лес» проекта «Импресарио». А на открытии выступил праздничный московский театр «Огненные люди». Афиша оказалась настолько плотной, что успеть на все два десятка спектаклей было невозможно.

Одна из главных особенностей программы 2021 года — заметное присутствие местных театров. Несколько разных спектаклей сыграл и сам Архангельский молодежный театр. Среди них премьера «Север-2» – образец театра как исследования города и пример работы с местным сообществом, о которых говорили в деловой программе.

Как и первая часть проекта («Север»), вторая разместилась в Морском-речном вокзале Архангельска. В ее создании, помимо театра и группы просо (режиссер Сергей Чехов, художник Анастасия Юдина, композитор Владимир Бочаров) приняли участие 19 местных жителей. Прошло несколько сессий лаборатории, о которой в отдельной комнате сохранили документальные свидетельства. Окна и обои здесь были исписаны идеями о будущем северной земли. После все смыли, закрасили и переклеили, а из наработанного родился спектакль-грибница, как назвали его авторы.

«Север-2» – это два этажа инсталляций, представляющих разные сценарии будущего Архангельского региона. Сценарии взялись не из безвоздушного пространства – из актуальных проблем и научно обоснованных гипотез. Возможно, Архангельск затопит морем. Может быть, произойдет крупная экологическая катастрофа. Или мусорный полигон в Шиесе все-таки появится и запустит необратимые процессы. В этой мультивселенной, как называет ее звучащий из динамика голос искусственного интеллекта, много вариантов развития событий, но почти во всех человеку не остается места.

Инсталляция делится на антропное и постантропное пространство. В антропном – иконостас, посвященный экорелигии (работа художника Александра Менухова); огромная раковая клетка; зал с белым пространством; комната, заполненная цементными снеговиками. Именно здесь отправляет послания в прошлое искусственный интеллект из будущего. Центры постантропного этажа — вмерзшие в куб то ли льда, то ли пластика манекены в зимней одежде и большая розовая голова («памятник мирному атому, сделан из стикера в Telegram, – рассказывают авторы).

В отличие от «Севера», «Север-2» доступен не весь день, а по сеансам. Примерно получасовое аудио (говорят, что будет еще длиннее) звучит в каждом сеансе только один раз. Больше сопроводительных текстов нет, поэтому голос из будущего особенно важен — по сути, инсталляция визуализирует то, о чем он рассказывает. Как и первый «Север», «Север-2» — история про мифы, только не прошлого, а будущего. Оно также туманно, как и прошлое, и также неотделимо от настоящего.

Еще одним важным примером исследования города с помощью новых театральных форм стала лаборатория «Были и не были», тоже сделанная в первую очередь местными силами. Подробнее о подготовке и показах проекта можно прочитать по ссылке

Архангельский фестиваль без предубеждений включает в себя разные формы и жанры, в практическом поле по-своему отвечая на теоретический вопрос о границах уличного театра. Фестиваль в этом году захватил весь город, от центральных парков и набережной до спальных районов и музеев в области. Отсутствие привычных границ — тоже важное свойство уличного театра.

Комментарии
Предыдущая статья
ТЮЗ имени Брянцева объявил планы на юбилейный сезон 23.08.2021
Следующая статья
Меньшиков ушёл с поста директора Театра имени Ермоловой 23.08.2021
материалы по теме
Новости
В Перми стартовал фестиваль уличных театров «Флюгер»
11 и 12 сентября в Перми в рамках проекта «Пермский период. Новое время» проходит Международный фестиваль уличных театров «Флюгер». Вход на фестиваль свободный. 
Новости
«Упсала-Цирк», АХЕ и «Плохой театр» приедут на уличный фестиваль в Калуге
С 20 по 22 августа в Калуге по инициативе Инновационного Культурного Центра (ИКЦ) пройдёт фестиваль уличных театров «Без кулис». Десять театральных команд из разных городов примут участие в смотре, приуроченном к 650-летию Калуги.