#помогиврачам: видеомарафон “Гоголь-центра” открыли Рома Зверь и Ксения Раппопорт

Кадр из видео, записанного Ромой Зверем в рамках акции #помогиврачам

Эстафету #помогиврачам, инициированную БДТ им. Г.А. Товстоногова и журналом ТЕАТР., продолжает “Гоголь-центр”. Артисты и друзья ГЦ читают монологи врачей и собирают деньги в поддержку двух нижегородских больниц.

Рассказы реальных врачей, которые сейчас борются с COVID-19, записала Катерина Гордеева, а читают их резиденты “Гоголь-центра” и друзья театра. Деньги, которые будут собраны в результате акции, фонд “Живой” передаст на приобретение средств индивидуальной защиты врачам Нижегородской городской клинической больницы № 5 и Рентген-отделения центральной районной больницы города Балахна (Нижегородская область). Марафон “Гоголь-центра” продлится до 24 мая.

Рома Зверь: терапевт Павел Потапов о неразличимости врачей в защитных костюмах

“Позавчера захожу в реанимацию – остановился на пороге и вдруг посмотрел на всю эту ситуацию со стороны: кругом бегают одни “миньоны” – я никого не узнаю! Это моя больница, моя реанимация, все свои, но я никого не узнаю”.

Ксения Раппопорт: врач-пульмонолог Вероника Андреева о выборе между “красной зоной” и трёхлетней дочерью

“Я позвонила мужу и сказала: “Если я останусь, то не увижу вас месяц. А может, и три. Ты скажи, как мы поступим”. И он ничего не мямлил, не вешал на меня никакого чувства вины – вообще. Представляете? Он сказал: “Ника, ты можешь спасти много людей. Ты работай, мы тебя подождём”. Знаете, это, может быть, самый важный наш разговор за всю жизнь. А мы пять лет женаты”.

Владимир Спиваков: врач-рентгенолог из Нижегородской области Алексей Кокунин о том, каково работать в официально не “ковидной” районной больнице маленького города

“Чувство, которое я испытываю, – это скорее даже не страх, а обида. Обида за свой персонал. Пока была вся эта неразбериха со средствами защиты, стыдно было смотреть им в глаза. Это же медсёстры, санитарки, они получают 10 – максимум 18 тысяч в месяц и ходят в одной защитной маске две недели”.

Юрий Борисов: заведующий реанимацией Павловской больницы Алексей Мещеряков о законах военной медицины и утрате чувства времени

“Знаете, наша работа сейчас больше всего похожа на работу человека, который профессионально занимается дайвингом. То есть перед входом в “красную зону” ты готовишься к нырку. Любая эмоция или там внештатная ситуация – отнимает силы, ты будешь вынужден быстрее начать всплытие. В нашем случае раньше вернуться – меньшему количеству людей помочь”.

Александр Филиппенко: уролог-хирург Виген Малхасян о потребности шутить и о тоске по профессии “мирного времени”

“А сейчас мы все терапевты – принимаем пациентов, ведём их… Ну, о привлечении травматологов и остеопатов к реанимационным мероприятиям пока речь не идёт, слава Богу, держимся”.

Сати Спивакова: врач общей практики Анастасия Филипповна, 65 лет, о смерти коллеги, с которой дружила всю жизнь

“Когда пришёл коронавирус, можно было отказаться выходить на работу. У неё, да и у меня – возраст. Можно было отказаться, конечно, да. Но я подумала: стыдно будет в глаза смотреть своим, дома. Себе в глаза смотреть будет стыдно. Наверное, Лена думала так же”.

Евгений Сангаджиев: о том, что врачам легче, чем медсёстрам, а герои не выглядят по-особенному

“Нужна сестра. Спрашиваю, есть ли кто-то, кто готов, кто пойдёт со мной. Все стоят, такое напряжение – заходить страшно, понятно: это же самое начало ещё, никто ничего не понимает. И вдруг встаёт Надя и говорит: “Я уже у него была – если заболела, то уже заболела. Давайте без лишних разговоров я зайду и всё сделаю”. Действительно зашла и всё сделала – потом КТ выявило, что от лёгких у неё ничего практически не осталось, ковид”.

Ирина Старшенбаум: старшая медсестра Наталья Тимофеевна Игнатова из Нижегородской области об усталости и жалости к молодым

“Больным, конечно, бывает и страшно, кто-то отчаивается, но мы на работе не плачем. Это как профессионализм, что ли. А если ты в “красной зоне”, то плакать вообще нельзя – ты же в очках себе как наплачешь, ничего не увидишь, работать не сможешь”.

Виктория Исакова: врач общей практики Елена из Нижегородской области об алогизме болезни

“А монахини эти очень хорошие – каждого, кто войдёт в палату, крестили. Так интересно это выглядело: заходит врач в “костюме космонавта”, а она его крестит так мелко-мелко. И тихо-тихо благословение шепчет”.

Максим Виторган: уролог-хирург Виген Малхасян о “естественном социальном отборе” и подвиге близких

“Когда у нас в больнице появился первый ковидный пациент и произошёл первый контакт, то я позвонил жене и сказал: “Собирай вещи, забирай ребёнка и уезжай к родителям. Всё”, – и повесил трубку. Через полчаса она прислала sms: “Задание выполнено. Мы в такси”. Наверное, жена хирурга – это особая профессия”.

Александра Ревенко: медсестра Марина Цветкова из Ростовской области о новых словах и врачах-“оптимистах”

“Больные – молодцы. Те, которые не сдаются. Я считаю, что они тоже герои. Потому что есть некоторые: крылышки повесили, ручки сложили, и всё. Им помочь труднее”.

Диана Вишнёва: врач УЗИ Ольга Мантульникова из Архангельской области о том, как можно бояться не заражения, а защитного костюма

“Голос, надо сказать, респиратор тоже очень меняет. Получается тише и как будто из подземелья. Но мы стараемся все погромче говорить. А когда смена заканчивается, ловишь себя на том, что всё время орёшь”.

Александр Петров: хирург, замглавврача сети онкологических клиник Михаил Черкашин из Санкт-Петербурга о значении волонтёров и других “бойцов невидимого фронта” на видимом фронте борьбы с коронавирусом

“Хирург Пирогов во время Крымской войны писал, что война – это “травматическая эпидемия”. Сейчас у нас тоже война, только без травм… Эта эпидемия – событие эпохальное. И вот надо же, я в этом участвую: не из зрительного зала смотрю, а реальное действующее лицо”.

Александр Гудков: хирург Ульви Ахмедов о разделении жизни на “до” и “после”

“Мне кажется, самое важное, чему мы научимся во время этой эпидемии, – быть плечом друг для друга. Быть добрее – и, может быть, даже отзывчивее. Я говорю про всех нас, людей. Да и даже человечество”.

Алексей Агранович: кардиолог Антон Родионов о замкнутости пространства и важности поддержки

“Но всё-таки мы – кардиологи, терапевты – понимаем, что такое антибиотики, гормоны, антикоагулянты… А вот коллегам не “таблеточных” специальностей – хирургам, ЛОРам, травматологам – им совсем тяжело. Всё происходящее далеко от их привычного мироощущения”.

КАК ПОМОЧЬ: оставить любое пожертвование на сайте фонда или отправить SMS со словом «ГОГОЛЬЦЕНТР» (пробел) сумма пожертвования (цифрами) на короткий номер 3443. Например: ГОГОЛЬЦЕНТР 1000.

Комментарии
Предыдущая статья
21 мая: что смотреть в сети в четверг 20.05.2020
Следующая статья
Журнал ТЕАТР. собирает истории медиков для проекта #помогиврачам 20.05.2020
материалы по теме
Новости
Режиссёрский дебют Марины Давыдовой на российской сцене сыграют в Казани
«Театральный проект для одного ведущего и трёх перформеров» под названием «Умаление мира» станет первой премьерой театрального критика и режиссёра Марины Давыдовой на российской сцене. «Умаление мира» сыграют на новой казанской площадке MOÑ 5, 6 и 11 декабря.
Новости
Петербуржцы выпускают премьеру «Отелло» на Таганке
Премьера спектакля Андрея Гончарова «Отелло» (18+) на основной сцене Театра на Таганке намечена на 5 декабря.