rus/eng

Снова играет — значит, снова тоскует

Дмитрий Матвеев / okt.lt На фестивале «Балтийский дом» ОКТ (вильнюсский Театр Оскараса Коршуноваса) показал свой новый спектакль «Чайка». По словам создателей, постановка замыкает своеобразную трилогию — рефлексию, начавшуюся саморазрушительным обнулением и шутовством в спектакле «Гамлет» и продолжившуюся флегматизмом мнимого послесловия в камерном «На дне».

Танцуем гендер

Мария Тальони в партии Цветочной феи в балете «Сбор цветов» Пуни, Лондон, 1847 Охвативший современных западных философов интерес к проблематике секса и его социального конструирования невозможен без разговора о танце, который, как и гендер, тесно связан с понятием «телесность». Театр. разбирается, как гендерные теории повлияли на танцевальную практику.

Теноры: про и контра

Стефано Дионизи в роли оперного певца Фаринелли в фильме «Фаринелли-кастрат», режиссер Жерар Корбьо, 1994 В случае с оперой, где партии распределяются в зависимости от естественного разделения голосов на женские и мужские, гендерная идентификация казалась бы вещью предельно простой, если бы не пикантная особенность музыки XIV–XVIIII веков — контртеноры. Театр. разбирается, как они поставили под сомнение «естественную» гендерную принадлежность певческих голосов.

Семнадцать мгновений Монро

Решив отдать долг участнику знаменитой венской выставки Gender Check, русскому Ясумасе Моримуре и Синди Шерман в одном лице, Театр. вспомнил путь Владислава Мамышева-Монро: от юноши, гулявшего по Невскому в образе красотки Мэрилин, до лысой королевы Елизаветы, запечатленной на афише спектакля «Полоний».

Язык тела

В предвкушении шока, зрители бредут по индустриальной зоне мимо мясокомбината, носящего имя советского министра, который регулировал гастрономическую политику и придумал «рыбный день».

Пролет в будущее

Этот доклад был прочитан мной 23 апреля 2014 года в Театре имени Вахтангова, на Московской Международной конференции, посвященной 80-летию творческой деятельности Юрия Петровича Любимова. Самого Юрия Петровича на конференции не было, но почти все выступавшие, а среди них были и Анатолий Васильев, и Тадаси Судзуки, и Теодорос Терзопулос, обращались в зал так, словно Любимов мог войти в любой момент. Мне тогда тоже так казалось.

Комнатные растения

Фото: Ksusha Pustovalova / www.facebook.com/stageopen Когда пьеса кажется исхоженной постановщиками и интерпретаторами вдоль и поперек, остается парадоксальный вариант: уйти за кулисы или в соседнюю комнату.